Год только начался, а в российских школах уже случилось четыре нападения детей на одноклассников и учителей. Обыватели называют причиной буллинг, социальные сети и повышенную агрессию у подростков. Так ли это – разбираемся с психологом и гештальт-терапевтом Елизаветой Каликой.
22 января в городе Нижнекамск семиклассник пришёл в школу с ножом. Он ранил уборщицу, взорвал несколько петард, а затем спрятался. Подростка задержали росгвардейцы.
3 февраля в Уфе девятиклассник ворвался в школу с травматическим оружием и начал стрелять в детей и учителей. Пострадали трое школьников и педагог. До нападения он вёл телеграм-канал, в котором предупреждал о своих планах.
В этот же день, 3 февраля, произошло ещё одно нападение в школе. В Красноярске четырнадцатилетняя школьница пыталась ранить ножом на учительницу. Педагога защитила ученица – одноклассница ранила её.
На следующий день, 4 февраля, в Красноярске восьмиклассница бросила в кабинет бутылку с воспламеняющей смесью, начался пожар. Тех, кто пытался выбежать, она била молотком. Пострадали семь человек, включая учителя и саму нападающую.
«Нельзя сказать, что агрессия у подростков увеличилась. Любой конфликт, вспышка насилия или тревожный эпизод практически сразу попадают в социальные сети и новости», – рассказала Елизавета Калика.
То, что раньше оставалось внутри школы или семьи, теперь фиксируется и многократно распространяется. Всё это делает отдельные эпизоды более заметными и драматичными, даже если их реальное количество не выросло пропорционально.
Психолог отметила, что важно обращать внимание не столько на отдельные проявления, сколько на изменения в поведении ребенка. Это может проявляться по-разному.
«Такие переживания являются звоночками нарушенного контакта ребёнка с собой и с окружающими. Происходит что-то, с чем он не может справиться. Чем раньше родители замечают эти изменения и относятся к ним с вниманием, тем больше шансов предотвратить серьёзные последствия», – предупредила психолог.
Агрессию у подростков часто связывают с закрытостью. Обычно это защита, а не отказ от отношений. Елизавета Калика советует не исправлять ребёнка, не сравнивать его с другими.
Поддержка начинается с устойчивого, предсказуемого контакта со взрослым, который не вторгается, не нарушает границы, а стабильно остаётся рядом. Иногда проще выстраивать связь с подростком не через разговоры, а через совместную деятельность, молчаливое присутствие рядом или общее дело.
«Если изоляция становится глубокой и сопровождается тревожными симптомами, обращение к специалисту может дать безопасное пространство для постепенного диалога», – сообщила гештальт-терапевт.
Буллинг – это не проблема агрессии у подростков, а симптом всей системы: класса, группы или сообщества. Он возникает там, где сводится к шуткам унижение, игнорирование чувств и неравенство власти.
Важна работа с атмосферой в классе и открытый диалог. Фото: Freepik
«Способность замечать тонкие изменения в эмоциональном фоне детей и динамику группы во многом опирается на чувствительность самих взрослых», – предупредила Елизавета Калика.
Родителям и учителям важно сначала научиться быть внимательными к собственным состояниям, напряжению, способам выражать злость и бессилие. Именно этот навык становится основой для экологичного контакта с подростком.
Если взрослый умеет прямо говорить о своих переживаниях без обвинений, угроз и манипуляций, подросток получает живой пример того, как можно выяснять отношения словами, а не через насилие. Такая модель общения постепенно формирует у детей способность замечать и проговаривать напряжение в отношениях, снижая риск того, что оно будет разряжаться через буллинг.
Умение решать проблему словами и разговаривать, если что-то не устраивает, развивает в человеке ответственность. Ребёнок с детства понимает, что он в ответе за то, что с ним происходит.
1
0
0
0 комментариев
Оставляя комментарий, вы принимаете Условия использования и Политику конфиденциальности